Эрнест Хемингуэй
Эрнест Хемингуэй
 
Мой мохито в Бодегите, мой дайкири во Флоредите

Анализ рассказа «Кросс по снегу» Э. Хемингуэя

Петрушкин А.И., Агранович С.З. «Неизвестный Хемингуэй. Фольклорно-мифологическая и культурная основа творчества», Самара: «Самарский дом печати», 1997.

И вот что еще нужно подчеркнуть: если сопоставить главки 9, 10 и 11, то можно увидеть, что Э. Хемингуэй представляет корриду как своеобразный эталон жестокости. Но вот в главе 12 — первой главе нового цикла — писатель опять обращается к мотиву корриды. Глава 12 звучит как восторженная песнь поединку человека и зверя, где человек (матадор Вильяльта), убивая быка, как бы сливается с ним в единое существо — «...и бык кидался, и Вильяльта кидался, и на один миг они сливались воедино. Вильяльта сливался с быком, и все было кончено» [1, 99]. Здесь мы видим как бы, возрождение архаических жизнеутверждающих основ корриды — могучее единоборство человека и зверя, равных друг другу по силам; слияние человека со зверем, смерть и возрождение. Автор, воскрешая фрагмент древнего тотемного праздника, «убирает» все то, что должно напоминать профессиональную корриду с ее неоправданной жестокостью.

Эта смена акцентов в понимании корриды знаменует собой начало нового, последнего цикла сборника рассказов «В наше время», тоже состоящего из пяти рассказов и пяти главок: «Кросс по снегу», «Мой старик», «На Биг-Ривер I», «На Биг-Ривер II», «Революционер».

К главе 12 примыкает рассказ «Кросс по снегу», где мы снова встречаемся с Ником Адамсом. О военном прошлом героя прямо не говорится, лишь вскользь Ник напоминает другу после лыжного спуска: «С моей ногой нельзя делать телемарк, — сказал Ник» [1, 101].

Сейчас Ник и его друг Джордж катаются на лыжах на одном из зимних курортов Швейцарии, что в то время было доступно американцам даже среднего достатка.

После удачного и увлекательного катания Ник с Джорджем в прекрасном настроении отдыхают в небольшой уютной харчевне. Разговоры персонажей необязательны, особой логики, единой темы в них нет, но две детали должны приковать к себе внимание читателя: «беременная служанка и отсутствие у нее на пальце обручального кольца». И здесь в разговоре персонажей словно происходит сбой, смена тональностей: Джордж и Ник чувствовали себя отлично. Они очень любили друг друга. Они знали, что впереди еще весь долгий обратный путь». Но вдруг Джордж словно случайно спрашивает:

— Что, Эллен ждет ребенка? — спросил Джордж, отделившись от стены и тоже ставя локти на стол.

— Да.

— Скоро?

— В конце лета.

— Ты рад?

— Да. Теперь рад.

— Вы вернетесь в Штаты?

— Очевидно.

— Тебе хочется?

— Нет.

— А Эллен?

— Тоже нет.

Джордж помолчал. Он смотрел на пустую бутылку и на пустые стаканы.

— Скверно, да?

— Нет, ничего, — ответил Ник.

— Так как же?

— Не знаю, — сказал Ник.

— Там горы неважные, — сказал Джордж.

— Неважные, — сказал Ник. — Слишком скалистые. И слишком много лесу. И потом, они очень далеко...» [1, 104].

Этот рассказ может быть понят только в связи со всей книгой «В наше время» и с последним, третьим циклом, входящим в него, который можно условно назвать «Поиск точек опоры». Ведь Ник, по всей видимости, решил, как это не мучительно для него, а это видно из его разговора с Джорджем, жениться, чтобы дать возможность родиться и вырасти новому человеку.

Необходимо отметить, что здесь впервые в сборнике появляется мысль о возможности победы идеи жизни над идеей смерти. Но все это решается пока на уровне фольклорно-мифологического осмысления, то есть на уровне понимания бессмертия как продолжения рода. Рассказ заканчивается словами: «Они открыли дверь и вышли. Было очень холодно. Снег подернулся ледяной коркой. Дорога шла в гору, сосновым лесом.

Они взяли свои лыжи, прислоненные к стене. Ник надел рукавицы, Джордж уже начал подыматься в гору с лыжами на плече. Обратный путь еще можно проделать вместе» [1, 105]. Но здесь уже явно ощущается, что принятое героем решение, решение окончательное, касается не только того, что он возложил на свои плечи ответственность за жизнь другого, еще не родившегося человека, но и понимание серьезности того перелома, который произошел в герое и который автор опускает в подтекст.

«Дьяволочеловек» начал превращаться в человека, и народное эпическое сознание словно дает герою американского писателя шанс на возрождение.

А.И. Петрушкин , С.З. Агранович - Кросс по снегу. Анализ рассказа.


 






Реклама

 

При заимствовании материалов с сайта активная ссылка на источник обязательна.
© 2016 "Хемингуэй Эрнест Миллер"