Эрнест Хемингуэй
Эрнест Хемингуэй
 
Мой мохито в Бодегите, мой дайкири во Флоредите

Бирюкова О.А. Роль имен собственных в текстопостроении короткого рассказа (на материале рассказов Э. Хемингуэя и Р. Бредбери)

Лингвистические и экстралингвистические проблемы коммуникации. Теоретические и прикладные аспекты. Межвузовский сборник научных трудов. Выпуск 4. Мордовский ГУ им. Н.П. Огарева, Саранск, 2005.

В целом ряде статей отмечается значение имен собственных для семантики художественного текста (Перкас, 1978; Михайловская, 1978). Указываются различные аспекты их информативности, проявляющей себя не только на уровне непосредственной фактуальной информативности текста, но также и моделирующей подтекст через порождение читательских ассоциаций. Изучение имен собственных в художественном тексте имеет достаточно давние традиции, истоки которых восходят к изучению так называемых «говорящих имен». Однако проблема взаимосвязи между собственными именами произведения и его содержанием не исчерпывается данным аспектом. В современных исследованиях отмечаются и другие стороны этой взаимосвязи, в ряде случаев проявляющие себя как определенные закономерности текстопостроения. В частности С.В. Перкас отмечает, что наличие ойконима в тексте художественного произведения, как правило, предполагает наличие в этом же тексте известного минимума урбанонимов, т.е. названий улиц и других более мелких объектов внутри населенного пункта. С другой стороны, как замечает этот же автор, необычность имен собственных в научной фантастике подчеркивает нереальность изображаемого (Перкас, 1978: 188-189).

В свете вышесказанного становится очевидным, что информативная значимость собственных имен в тексте художественного произведения представляет собой отдельную проблему, изучение которой в лингвистике текста может раскрыть важные закономерности текстопостроения. Помимо отмеченных выше направлений в изучении данного вопроса существует также целый ряд других подходов к раскрытию роли имен собственных в структуре художественного текста того или иного жанра. Приходится, однако, отметить, что еще не был поставлен вопрос об особенностях использования имен собственных в аспекте идиостиля, а именно с точки зрения того, как отдельный автор использует подобную лексику в собственных произведениях, и каким образом фактор ее индивидуального применения раскрывает потенциальные возможности имен собственных в контексте проблемы автор – читатель.

Что касается короткого английского рассказа, то здесь можно отметить такие закономерности в использовании имен собственных: тот диапазон, в границах которого данная лексика может появляться в тексте, а также собственно личностный фактор, обусловленный личностью автора и связанный с особенностями его образования, воспитания, характера, менталитета и т.д. Не вызывает сомнения тот факт, что именно последнее обстоятельство и является первопричиной появления имен собственных в тексте, в связи с чем изучение имен собственных в непосредственном соотношении с личностью автора приобретает особую значимость и актуальность.

Относительно первого момента можно отметить, что, например, в рассказе Р. Брэдбери Embroidery не употребляется ни одного имени собственного. Данное обстоятельство тоже имеет определенную значимость, непосредственно воздействующую на концепт произведения, основное звучание которого сводится к полному обезличиванию времени, места и людей, что дает основание к заключению о возможности описываемого события в любое время и в любом месте. Полное отсутствие имен собственных констатируется также и в рассказе Э. Хемингуэя Там где чисто и светло (A Clean, Well-Lighted Place). Хорошо известно, что Хемингуэй в других своих произведениях весьма активно использовал имена собственные, в связи с чем особая избирательность, проявляющая себя при их включении в литературный текст, оказывается исключительно значимой.

Подобное обезличивание персонажей литературного произведения не может не сказаться на особенностях восприятия его читателем. Во-первых, вследствие отсутствия персонального и локального ориентира адресат не может с уверенностью сказать, что действие происходит с каким-то конкретным человеком, в каком-то конкретном месте и в какое-то конкретное время. В итоге. не происходит идентификации координат «человек – место», теряется связь с реальностью. Но если бы автор ввел в свое произведение даже одно имя собственное, читатель начал бы соотносить описываемые события с конкретными, назваными автором героями и местами, пусть даже вымышленным, поскольку даже вымышленные онимы создают иллюзию реальности. Подобная неопределенность усиливает напряженность повествования. Во-вторых, убрав из произведения все имена собственные, автор подчеркивает, что в разворачивающейся на страницах рассказа ситуации может оказаться каждый. Читатель, не обнаружив в тексте ни персональных имен, ни топонимов, ни каких бы то ни было иных ориентиров, невольно начинает проецировать описываемые события на себя, отождествляя себя с героями произведения. Оказавшись в этой несколько необычной для себя роли, читатель воспринимает поставленную автором проблему как более острую, личную (и в то же время глобальную), но вместе с тем и как менее абстрактную, касающуюся всех и каждого. Таким образом, можно говорить о том, что, с одной стороны, нулевое содержание имен собственных в тексте короткого рассказа выполняет генерализирующую функцию, с другой – индивидуализирующую. Лишенные персональных имен, герои произведения становятся обобщающими образами: они либо представляют какую-то многочисленную группу людей (как в рассказе Э. Хемингуэя Там где чисто и светло (A Clean, Well-Lighted Place), в котором раскрывается тема одиночества), либо все человечество в целом (как в рассказе Р. Брэдбери Embroidery, в котором разворачивается страшная картина возможной гибели человечества от взрыва атомной бомбы).

Однако следует отметить, что рассказы с нулевым присутствием имен собственных встречаются крайне редко. Так, из 47 рассказов Э. Хемингуэя и 36 рассказов Р. Брэдбери таких произведений было обнаружено лишь по одному у каждого автора. Наиболее распространены рассказы, более или менее насыщенные собственной лексикой.

Выделяя в структуре каждого произведения три пласта имен собственных, а именно: имена персонажей («кто»), названия-топонимы, включая микротопонимы («где») и все прочие имена собственные (так называемый культурно-исторический пласт, куда можно отнести названия всевозможных печатных средств, названия средств передвижения, фирменные названия, имена реально существовавших людей, названия произведений искусства, мифонимы и т.п.) – можно проследить, как разные авторы комбинируют данную лексику в пределах одного произведения. Так, в рассказах Э. Хемингуэя Кошка под дождем(Cat in the Rain) и The Sea Change содержатся только имена персонажей, в рассказы After the Storm и One Reader Writes включены только топонимы, а в рассказах Революционер (The Revolutionist), В другой стране (In Another Country) и Ожидание (A Day’s Wait) автор обходится без имен действующих лиц, однако вводит в текстовое пространство довольно многочисленные топонимы и имена собственные культурно-исторического плана.

Как отмечает Кухаренко В.А., для адекватного восприятия того или иного произведения важным является не только наличие в нем персонального ориентира, но и способ его введения в текстовое пространство автором (Кухаренко, 1988). В этой связи можно отметить рассказ Э. Хемингуэя Cat in the Rain, где локальные ориентиры отсутствуют полностью, а герои представлены как американец и американка (two Americans, the American wife, the husband, the American girl, his wife). По мере развития сюжета ситуация не проясняется, читатель так и не узнает, как же зовут этих двоих, возрастает напряженность текста. И лишь в середине произведения автор дает личное имя, но только мужу героини, американка же так и остается для читателя «незнакомкой». С этого момента американец именуется не иначе как George, причем его имя фигурирует в тексте восемь раз. Подобная картина наблюдается и в другом рассказе Э. Хемингуэя Перемены (The Sea Change). Молодой человек и девушка сидят за столиком в кафе. Час ранний, поэтому в кафе кроме них и бармена никого нет. Между молодыми людьми происходит довольно напряженный диалог: они выясняют отношения перед расставанием (именно с диалога и начинается указанное произведение). Ощущение напряжения усиливается в результате отсутствия персональных ориентиров. Кроме того, у читателя возникает ощущение того, что он невольно подслушивает разговор, его не касающийся, что он является случайным посетителем кафе. Лишь однажды девушка называет своего партнера по имени – Phil (опять же это происходит примерно в середине произведения). Девушка остается без имени. Поэтому резким контрастом выступает десятикратное упоминание имени бармена (James) во второй половине рассказа, когда к нему обращаются двое посетителей, а потом и молодой человек по имени Фил после ухода девушки.

Данное обстоятельство, вне всякого сомнения, характеризует писательскую манеру Э. Хемингуэя. Что же касается его идиостиля в целом в плане использования им имен собственных, то здесь следует отметить их широкое тематическое варьирование. Исключение составляют следующие группы имен собственных (по классификации А.В. Суперанской): фитонимы, космонимы, хрематонимы, хрононимы, дромонимы, документонимы, названия стихийных бедствий, мифонимы (Суперанская, 1973). Подобные объекты не упоминаются ни в одном из проанализированных рассказов Э. Хемингуэя.

Для индивидуальной манеры Р. Брэдбери характерно введение в текстовое пространство названий космических объектов, или космонимов. С другой стороны, Р. Брэдбери наводняет тексты именами композиторов, писателей, названиями их произведений и именами выдуманных ими героев. Причем и писатели, и их персонажи вновь оживают, становятся непосредственными героями рассказов Р. Брэдбери (например, в рассказах Forever and the Earth, The Kilimanjaro Device, The Exiles)

Среди рассказов Р. Брэдбери с минимальным содержанием имен собственных можно упомянуть рассказ The Garbage Collector, где главные действующие лица – мусорщик и его жена – не имеют имен. В связи с этим довольно неожиданным оказывается двукратное упоминание имени некоего Тома (по всей вероятности, это водитель грузовика на котором работает мусорщик). Помимо этого, в тексте встречается название газеты Los Angeles Times, в которой мусорщик прочитал заметку, касающуюся изменений в его работе, и повергшую его в состояние оглушенности, растерянности. Подобный ход автора создает эффект правдоподобности и реальности происходящего. Минимально содержание собственных имен и в рассказе Invisible Boy, в котором из двух главных действующих лиц (мальчика и старой женщины) имя есть только у мальчика (Charlie), а женщину автор именует не иначе как Old Lady. Кроме того, в тексте встречается одно топонимическое название, служащее локальным ориентиром.

Как показывает анализ, в целом можно говорить о такой тенденции использования авторами имен собственных в тексте короткого рассказа: они появляются в зависимости от особого пристрастия автора к тем или иным разрядам имен собственных и регулируются содержанием конкретного произведения, в которое они вводятся. Авторы, таким образом, нагружают имена собственные в тексте определенным содержанием исходя из своего личного вокабуляра имен собственных. Как представляется, при анализе текстообразующих свойств имен собственных также следует особо различать те произведения, в которых повествование ведется от первого лица, и те, в которых речь идет о третьих лицах, поскольку в первом случае автор в большей мере демонстрирует собственные пристрастия в такого рода лексике.

О.А. Бирюкова, Доктор филологических наук, профессор, зав. кафедрой зарубежной литературы Ивановского государственного университета

Список указанной литературы:

1. Кухаренко В.А. Интерпретация текста. М.: просвещение, 1988. 192 с.

2. Михайловская Н.Г. Об употреблении собственных иноязычных имен в современной русской поэзии // Имя нарицательное и собственное. М.: Наука, 1978. С. 180-188.

3. Перкас С.В. Урбанонимы в художественном тексте // Имя нарицательное и собственное. М.: Наука, 1978. С. 188-201.

4. Суперанская А.В. Общая теория имени собственного. М.: Наука, 1973. 367 с.



 






Реклама

 

При заимствовании материалов с сайта активная ссылка на источник обязательна.
© 2016 "Хемингуэй Эрнест Миллер"