Эрнест Хемингуэй
Эрнест Хемингуэй
 
Мой мохито в Бодегите, мой дайкири во Флоредите

Казачёнок Н.А. Образ Парижа в книге Э. Хемингуэя «Праздник, который всегда с тобой» и романе Г. Миллера «Тропик рака»

Электронный сборник трудов молодых специалистов Полоцкого государственного университета. Выпуск 13 (83). Образование, педагогика. – Новополоцк: ПГУ, 2016.

Аннотация. Статья посвящена исследованию процесса развития художественного образа Парижа в произведениях двух американских авторов, таких как Г. Миллер (роман «Тропик Рака») и Э. Хемингуэй (книга «Праздник, который всегда с тобой»). Выделяются несколько слагаемых образа города, а также анализируются черты образа Парижа, присутствующие в обоих произведениях.

Париж - один из самых часто описываемых писателями городов. О нем писал не только Виктор Гюго, Оноре де Бальзак, Шарль Сорель, но и американские писатели как Генри Миллер и Эрнест Хемингуэй. Город покорил не только тех, кто жил там или провел некоторое время, но и тех, кто никогда не был знаком с Парижем в реальной жизни. В работах многих известных романистов раскрывается образ Парижа посредством героев произведений. В романах писателей Париж - это существо, обладающее душой.

В начале XX века многие американцы стремились оказаться в Париже, главным образом, писатели, художники и другие представители интеллектуальной элиты, среди которых были Э. Хемингуэй и Г. Миллер. В 1934 году парижское издательство «Обелиск Пресс» опубликовало книгу Генри Миллера «Тропик Рака» (Tropic of Cancer). В предисловии к ней В. Канторин пишет об авторе произведения: «Он много путешествовал по Америке. В начале двадцатых - ему было уже за тридцать - оказался в Париже» [1, с. 7]. Д.С. Петров в диссертации «Роман Генри Миллера «Тропик Рака» и европейский сюрреализм», говоря о Париже, подчеркивает: «Именно здесь Миллер нашел благоприятную атмосферу для продолжения творческих поисков» [5].

В 1964 году увидел свет роман Э. Хемингуэя о Париже 20-х годов. Наконец, писатель осуществляет свою мечту - пишет книгу о городе, который ему очень дорог. Так, М.О. Мендельсон отмечает, что Хемингуэй заставляет читателя видеть «все о чем, повествует» [2, с. 184]. Роман «Праздник, который всегда с тобой» - это воспоминания, пронизанные лирическим чувством, однако в ней присутствуют черты художественного произведения. В романе Э. Хемингуэй показывает читателю Париж, который он полюбил, то есть живой и завораживающий город, образ которого неотступно преследовал его на протяжении всей жизни писателя.

В романе Г. Миллер описывает жизнь бедного американского парня, приехавшего в Париж: «Это уже моя вторая осень в Париже. Я никогда не мог понять, зачем меня сюда принесло»1 [3, с. 6]. Для него Париж - это дешевые комнаты Монпарнаса, поскольку его «тошнило от соборов, площадей, зоологических садов и прочей дребедени» [3, с. 25]. Он живет в мире, где «засыпан евреями, как снегом», а «жратва» - это единственное, что доставляло ему «ни с чем несравнимое удовольствие» [3, с. 9]. Париж казался герою веселым пиром, где он, нищий и растерянный, неприкаянно бродил по улицам. Генри ощущал этот город «физически» и сравнивал Париж со щипцами, которые «извлекают эмбрион из матки». Он приводит в пример знаменитых писателей, добившихся успеха в этом городе, оставляя за собой надежду на успех. Его отношение к Парижу отражает жажду к жизни и творческим порывам, поскольку этот город обладает энергией.

Сравнивая романы Г. Миллера и Э. Хемингуэя можно выделить, как схожие черты, так и противоположные. На первый план выходит их социальное положение - недостаток материальных средств, поэтому оба писателя познают «голодный» Париж, где всегда приходится заботиться о своем пропитании. Однако каждый из писателей переживал и относился к этому по-своему. К примеру, Э. Хемингуэй, считал, что голод хорошо дисциплинирует и многому учит. Не раз ему приходилось вводить свою жену в заблуждение, рассказывая ей истории о прекрасных обедах, которыми его угощали, когда на самом деле вместо этого он бродил по Люксембургскому саду: «С точки зрения любых норм мы по-прежнему были очень бедны, и я все еще, чтобы немного сэкономить, говорил жене, что приглашен на обед, а потом два часа гулял в Люксембургском саду и, вернувшись, рассказывал ей, как великолепен был обед» [6, с. 59]. В то время в Париже голод ему казался «нестерпимым», однако именно он сделал его более восприимчивым к деталям и людям, которые его окружали.

У Г. Миллера голодное состояние не вызывает никаких отвлеченных от еды мыслей и ассоциаций. Каждый раз автор информирует читателя о состоянии Генри, в котором он находился на перекрестках улиц или проходил мимо парижских отелей: «В полдень я стою с пустым брюхом на перекрестке узеньких кривых улочек, от которых прямо-таки разит жратвой» [3, с. 49]. Чувство голода сводило его с ума, поскольку все, что он замечал в те минуты в Париже, так это только извилистые улочки с проходящими мимо людьми, у которых он видел «великолепный» аппетит в глазах. Голод - это было единственное, что омрачало ему жизнь в этом городе. Называя себя голодной гиеной, герой уверен, что ему необходима энергия, чтобы продолжать жить свободной жизнью. Когда была возможность сходить куда-либо перекусить, двери парижских кафе, таких как «Будон» или «Куполь», всегда были для Генри открыты.

Неотъемлемой частью образа Парижа у Э. Хемингуэя являются кафе, в которых он проводил дни за работой и общением с друзьями и писателями. Кафе «Лила», которое писатель называл своим «рабочим столом», находилось недалеко от его дома, и, порой, он, собираясь домой, машинально выбирал улицы, ведущие не к дому, а к этому кафе. Это заведение Хемингуэй предпочел бы любому другому месту, поскольку он считал, что «Лила» - его родной дом, и не желал, чтобы его «выжили» из него: «Работать можно было бы и в других кафе, но до них было не близко, а это кафе стало моим родным домом. Я не хотел, чтобы меня выжили из «Клозери-де-Лила» [6, с. 54]. Кафе, по мнению Ж.К. Нурмановой, представляет собой в книге Э. Хемингуэя «основу миротворчества» [4].

В «Тропике Рака» для Генри не существует «родного» кафе - он блуждает по бесконечным парижским заведениям и за одну ночь может посетить даже несколько из них. Роман наполнен названиями - бар «Ритц», ресторан «Дом», бистро «Мсье Поль», кафе «Де л'Элефан», «Куполь», «Ла Алль», «Дюпон», кафешантан «Баль негр» и другие. К каждому из заведений привязана какая-либо личность или история, к примеру, в кафе «Дюпон» посетители представляют собой «гангренозных трупов», а в бистро «Мсье Поля» находится комната с круглогодичными мухами, предназначенная лишь для журналистов.

Не обладая денежными средствами, Генри удавалось проводить время в шикарных барах вокруг Елисейских полей: «... где звуки джаза и стонущие детские голоса певцов исходили, казалось, прямо из стен, отделанных панелями красного дерева» [3, с. 209]. Находясь в подобных заведениях с «молочнодревесной» музыкой, ему казалось, что он пребывает во сне. Та атмосфера, в которую он был погружен во время «бесконечных хождений по шикарным барам», была незабываемой, и он мечтал, чтобы так было всегда. Происходящее в заведениях заглушало все неприятности обычной жизни.

В «Празднике» Э. Хемингуэй, описывая свою парижскую «квартирку», которая «говорила только о бедности», обращает внимание читателя на то, что «из окна открывался чудесный вид», на стенах висели картины, которые им очень нравились, а сама квартира была «светлой и уютной». У Г. Миллера отсутствует какое-либо умиление многочисленными местами проживания, которые представляли собой маленькие грязные комнатки или мрачные гостиницы, напоминающие тюрьмы. Париж - это чистый город, однако недостаток материальных средств оставляет свой отпечаток, поскольку повсюду царит бедность и убожество. На протяжении всего произведения преобладает циничное отношение к окружающей его в Париже «нищей» обстановке.

В первой строке «Праздника» Э. Хемингуэй пишет о погоде: «А потом погода испортилась. Она переменилась в один день - и осень кончилась. Из-за дождя нам приходилось закрывать на ночь окна, холодный ветер срывал листья с деревьев на площади Контрэскарп» [6, с. 7]. Дояеди сказывались на его настроении, и Париж воспринимался для писателя совсем по-иному - это уже был холодный и унылый город с черными улицами. Его пугало чувство, что дожди испортят весну, о которой он не раз писал, как о долгожданном времени года, и о том, что она приносила ему в те дни радость: «Люди всегда ограничивали счастье - за исключением очень немногих, которые несли ту же радость, что и сама весна». Весна в Париже для Эрнеста Хемингуэя - одна из составляющих счастья и благополучия, это время года, которое ему очень нравилось в этом городе: «И я подумал, что ничего другого нам не нужно» [6, с. 33].

Атмосфера Парижа, который готовился к зиме, также казалась писателю чудесной, и весь город был готов обеспечить его теплом в приближающиеся холодные дни: «Когда мы вернулись в Париж, стояли ясные, холодные чудесные дни. Город приготовился к зиме. На дровяном и угольном складе напротив нашего дома продавали отличные дрова, и во многих хороших кафе на террасах стояли жаровни, у которых можно было погреться. В нашей квартире было тепло и уютно» [6, с. 11]. Улицы, замечает Э. Хемингуэй, были по-зимнему светлыми и гулять по Люксембургскому саду «при резком свежем ветре» становилось привычным делом.

В «Тропике Рака» у Генри наблюдается по-иному небезразличное отношение к парижской весне, запах которой будоражит его сознание: «Запах весны был уже в воздухе; ядовитой, зловонной весны, которая поднималась из выгребных ям» [6, с. 11]. С легкой иронией он описывает парижан - даже самые нищие из них считают, что Париж представляет собой олицетворение рая в это время года. Зимой же Париж для Генри - это «отвратительное место». Сырые зимние ночи у Генри ассоциируется с мрачными идеями о гниющем мире, полном костей и черепов.

Генри в «Тропике Рака» не раз говорит о чистоте Парижа, его улиц, домов. Деревья, темно-синее небо, красные сигаретные вспышки, фасады домов - все это заставляет его задыхаться от красоты. У Миллера Париж спасает Генри от одиночества, заставляет интересоваться жизнью, несущественными деталями. На улице Фобур Пуассоньер он рассуждает о французе, который, по его мнению, должен носить блестящие «штиблеты», а на площади Клиши - о девушке с деревянной ногой.

Париж для Генри - это нечто такое, чего очень хочешь, но когда получаешь, то на смену страстного желания приходит разочарование - Миллер сравнивает Париж с «девкой», после которой презираешь самого себя. Однако такое мнение для Генри не статично. В солнечные и теплые дни он рассуждает по- иному, сравнивая Париж с невестой. А когда к нему приходит страх одиночества, он называет парижские улицы своими друзьями: «Я был совершенно один, и моими единственными друзьями были парижские улицы, которые разговаривали со мной на печальном, горьком языке, состоящем из страдания, тоски, раскаяния, неудач и напрасных усилий» [3, с. 223]. Париж его привлекает тем, что в нем можно просто жить - без друзей и родных, и даже без денег. Там у него было время на все, чем ему хотелось заниматься- поглощать «романтическое варево» или «заглядывать» в жизни окружающих. Гуляя по парижским улицам с иронической улыбкой, Генри все же понимал, что происходящее вокруг него «малосъедобно».

Миллер называет Париж «центром мироздания», вечным городом и пупом земли. Он говорит, что именно там самые абсурдные идеи становятся понятными и естественными. Неоднократно Генри подчеркивает, что, бродя по парижским улицам, его не покидает ощущение того, что он находится в сумасшедшем доме. Однако они являются домом для Генри: «Никто не может понять очарования улиц, если ему не приходилось искать в них убежища» [3, с. 221]. Именно на улицах его посещают мысли, которые не приходят к нему, когда он пытается писать в помещении. Как бы нелегко было жить в этом городе, жизнь там сравнима с наркотиком: «Он натерпелся в Париже, так же как и я и все, кто приезжает сюда, но Париж имеет странное свойство - чем больше тебе здесь досталось, тем сильнее он тебя притягивает» [3, с. 221]. Бродить по ночным парижским улицам и неспешно идти домой на рассвете мимо монпарнасских «Джунглей» было обычным делом для Генри. Париж для него - это страстная женщина, от которой было сложно скрыться, тем более, если не слишком стремишься.

Э. Хемингуэю в «Празднике» свойственно подробное, в каком-то роде схематичное, описание маршрутов, чего нет у Г. Миллера, у которого названия заведений являются отправной точкой сменяющих друг за другом историй. Миллер не просто упоминает названия, но описывает места, сравнивает: «Перехожу сквер Фюрстенберга. Сейчас, в полдень, он другой, не такой, как ночью, несколько дней назад. Тогда он был пуст, печален, точно кладбище» [3, с. 49]. В произведениях кафе и рестораны подаются с разных углов - у Миллера они представляют собой увеселительные заведения, полные эмоций и действий, когда для Хемингуэя - это мир, где он творил, начиная свой литературный путь.

В «Празднике» автор очень чуток к звукам, которые «издает» город, а парижское утро изображает так, что читатель может представить отчетливую картину происходящего. Э. Хемингуэй воспринимает Париж посредством слуха и зрения, ничего не упуская из виду. Описание Парижа ностальгическое, что крайне отличает его от произведения Генри Миллера, который, тем не менее, также ощутимо передает свои чувства и парижскую атмосферу. Однако мир, в котором живет Генри - весь в «миазмах», когда у Хемингуэя даже самые трудные и голодные дни описаны в лирических тонах.

Ситуация, в которой находился Э. Хемингуэй в Париже, вынуждала его голодать, однако это чувство сделало его более восприимчивым к окружающей парижской атмосфере. В частности, к запахам, которые повсюду преследовали писателя. Так, в «Клозери» Э. Хемингуэй мог просто наблюдать за прохожими, разговаривать с посетителями, вести беседу с друзьями, грустить по поводу перемен в заведении, принимать пищу и, самое главное, работать. Для Э. Хемингуэя Париж не возможен без уютных кафе и их атмосферы. Кафе - это целый мир, в котором писатель жил и творил. У Миллера, в свою очередь, дома - это тюрьмы, а парижские улицы - друзья. Блуждая по городу, Генри чувствует себя «птичкой», которая порхает от одного квартала к другому. В Париже он - свободный человек, несмотря на то, что он бездомный, голодный и без своего жилья; в нем живет страсть к приключениям и уверенность в том, что Провидение позаботится о нем. Париж у Миллера обладает многообразностью - он и женщина, и девушка, и друг. Он не хочет покидать город, поскольку Париж - его спасение.

Н.А. Казачёнок

Литература

1. Канторин, В. Предисловие / В. Канторин // Тропик Рака / Г. Миллер. - СПб. : Библиотека Звезды, 1992. - 317 с.

2. Мендельсон, М. О. О книге «Праздник, который всегда с тобой» (послесловие) / М. О. Мендельсон //Иностранная литература. -М. : Иностранка, 1964. - С. 182-185.

3. Миллер, Г. Тропик рака/Г. Миллер. -М. : ACT, 2015. -382 с.

4. Нурманова, Ж. Образ парижского кафе как «эталон кратковременного бессмертия» / Ж. Нурманова // Acta humanitarika universitatis Saulensis. - Вильнюс, 2012. - С. 266-273.

5. Петров, Д. С. Роман Генри Миллера «Тропик Рака» и европейский сюрреализм [Электронный ресурс] / Д. С. Петров. - 2006. - Режим доступа: http://www.dissercat.com/content/roman-genri-millera- tropik-raka-i-evropeiskii-syurrealizm. - Дата доступа: 15.09.2016.

6. Хемингуэй, Э. Праздник, который всегда с тобой / Э. Хемингуэй. - Минск : Мастац. лгг., 1988. — 541 с.

7. Miller, Н. Tropic of Cancer / Н. Miller. - СПб. : Каро, 2011. - 352 с.

8. Hemingway, Е. A Movable Feast / Е. Hemingway. - London ; Toronto ; New York : Grandada Publishing Limited, 1977. - 99 p.



 






Реклама

 

При заимствовании материалов с сайта активная ссылка на источник обязательна.
© 2017 "Хемингуэй Эрнест Миллер"