Эрнест Хемингуэй
Эрнест Хемингуэй
 
Мой мохито в Бодегите, мой дайкири во Флоредите

Лихачева Л.Н. Точки зрения автора и героя и их языковая реализация в рассказе Э. Хемингуэя «Indian Camp»

Экспрессивные средства английского языка. Л., Сборник науч. работ / Ленингр. гос. пед. ин-т им. А. И. Герцена, 1975.

В предисловии и комментарии к книге рассказов Э. Хемингуэя1 отмечается, что ряд рассказов, в том числе "Indian Camp" ("Индейский поселок") написан с двух точек зрения2, с точки зрения (ТЗ) юного Ника и с ТЗ автора, который "смотрит на мир глазами своего "лирического героя", ощущает, чувствует и воспринимает мир именно так, как его ощущал, чувствовал и воспринимал Ник"3. Это верное замечание. Однако остановимся подробно на анализе ТЗ, с которых написан этот рассказ, рассмотрим словесно-стилистический аспект этой традиционно литературоведческой проблемы, попробуем найти ее лингвистическое решение выявить языковую реализацию ТЗ, с которых изображены события и герои рассказа.

Такая манера письма, когда автор сознательно становится на ТЗ своего героя и описывает изображаемое через его видение и восприятие, получила название повествовательной точки зрения4, и широко распространилась в мировой литературе XX века. Под повествовательной Т3 мы понимаем такой способ изложения, когда всеведущий автор устраняется, и описание событий дается через видение и восприятие (одновременно) одного персонажа, которого мы вслед за Г. Джеймсом называем рефрактором. Многие рассказы Э. Хемингуэя написаны через восприятие одного или нескольких героев при кажущемся исчезновении автора со страниц этих произведений. На самом деле исчезает лишь всезнающий и всеведущий автор, и в большинстве случаев авторское повествование (в I и 3 лице) ведется "через героя". Часто в произведении бывает несколько рефракторов, которые сменяют один другого. Иногда и всезнающий и всеведущий автор, и в большинстве случаев авторское повествование (в I и 3 лице) ведется "через героя". Часто в произведении бывает несколько рефракторов, которые сменяют один другого. Иногда и всезнающий автор "показывает свое лицо". Естественно, такие перемены не являются лишь композиционным приемом. Они вносят изменения во все аспекты существования произведения и, следовательно, отражаются в его языке. Наша задача заключается в том, чтобы исходя из языковых данных рассказа "Indian Camp" сделать заключение о тех точках зрения, о которых он написан и выявить узуальные и окказиональные индикаторы точек зрения рефрактора и автора. Для этого исследуется лексика и синтаксическая организация авторского повествования5 по некоторым из найденных в подобных анализах параметрам:

1. Лексика, вводящая и называющая персонажей.

2. Лексика, выражающая внутреннее состояние персонажей.

3. Слова широкой семантики, неопределенные местоимения и наречия.

4. Лексика, представляющая план персонажа в авторском повествовании.

5. Синтаксис авторского повествования.

6. Система образов, представленных в авторском повествовании.

И.Л. Финкельштейн, автор предисловия к книге рассказов, указывает лишь на один языковой штрих, который подсказывает, что изображенную в рассказе действительность мы видим сквозь призму зрения мальчика. Это слова Uncle George, относящиеся к лексике, называющей персонажей. Дальнейший анализ этой лексики дает целый ряд дополнительных сведений. На протяжении всего рассказа главный герой называется по имени, которое лишь три раза заменяется личным местоимением. В большинстве случаев в произведениях, написанных "через героя" использование его первого имени свидетельствует или о близости позиций автора и данного персонажа или, по крайней мере, просто указывает на рефрактора. Многократное повторение имени мальчика (20 раз), слов Uncle George по отношению к дяде Ника, введение в рассказ доктора как его отца (Nick's father), отсутствие имени доктора в произведении - уже эти сигналы говорят о том, что рефрактором является мальчик, и поэтому окружающие его люди даются автором и воспринимаются читателем так, как называет их Ник. Дополнительным ориентиром для определения ТЗ мальчика в лексике, называющей персонажей, является отсутствие определенного артикля перед существительным father. Однако в рассказе наступает момент, когда об отце Ника говорится the doctor. Это изменение в названии персонажа сигнал смены ТЗ. Кто же теперь "взял слово": Этот отрывок очень небольшой (он включает всего 16 предложений авторского повествования), но можно доказать, что это сам автор, а не отец Ника, так как

1. В лексике, называющей персонажей, не произошло сближения с этим героем, скорее наоборот (Nick's father - the doctor). В повествовании "через Ника" автор, а вместе с ним и читатель, стояли ближе к Адамсу старшему, так как имя нарицательное, обозначающее профессию человека, часто обезличивает героя и способствует установлению ТЗ автора.

2. В отрывке говорится не только о внутреннем состоянии доктора (He was feeling exalted and talkative as football playеrs are in the dressing room after a game), но раскрывается смысл улыбки молодого индейца (The young Indian smiled reminiscently). "Кроме того, читатель узнает, что молодая индианка потеряла сознание раньше, чем была предопределена ее судьба (She did not know what had become of the baby or anything). Понятно, что о внутреннем состоянии сразу нескольких персонажей может судить лишь всеведущий автор.

3. Сравнение состояния доктора после операции с чувствами футболистов после матча тоже вряд ли принадлежит отцу Ника. Скорее всего, это авторский образ.

Если продолжить анализ лексики, описывающей внутреннее состояние, то легко заметить, что в большей части рассказа, которая написана через восприятие мальчика, такие слова очень редки и во всех случаях говорят о чувствах и ощущениях Ника:

1) …Nick heard the oarlocks of the other boat quite a way ahead of them…

2) Nick trailed his hand in the water. It felt warm in the sharp chill of the morning.

3) …he felt quite sure that he would never die.

В последнем примере имеется еще интенсификатор усилительная частица quite при прилагательном sure, что еще раз подчеркивает, что здесь выражена ТЗ мальчика, так как интенсификатор уточняет выражение, говорящее о его внутреннем состоянии. Что касается других персонажей, то об их чувствах и мыслях ничего не говорится, рассказывается лишь об их действиях. В результате глаголы действия и состояния составляют 93%, а глаголы чувствования 7%6. Хемингуэй мало пишет и о чувствах, которые пришлось пережить мальчику, но опущенное можно восстановить по некоторым штрихам в авторском повествовании. Так, автор неоднократно подчеркивает, что помогая отцу во время операции, Ник не хотел видеть, что он делает:

He was looking away so as not to see what his father was doing... Nick didn't look at it… Nick did not watch. His curiosity had been gone for long time. Этот тройной повтор с отрицанием привлекает внимание читателя и помогает автору показать психологическое состояние мальчика с его "внутренней", ТЗ, так как все три предложения содержат глаголы наблюдения и физического восприятия, а в соположенном с ними предложении дается очень сдержанное объяснение нежелания Ника наблюдать за операцией: ему было неинтересно. Кроме того, сочетание for a long time также сигнал ТЗ мальчика, ибо только он знал, когда прошло это чувство. Этот сигнал является окказиональным индикатором, так как он оказался чувствительным к обнаружению ТЗ только в данной ситуации в отличие от глаголов чувствования и восприятия, которые всегда указывают на рефрактора и, следовательно, могут бить названы узуальными индикаторами ТЗ героя-рефрактора.

В силу того, что кругозор мальчика ограничен, читатель узнает лишь то, о чем мог рассказать Ник; и в тексте авторского повествования есть ряд языковых сигналов "ограниченности знания" рефрактора: 1. Употребление слова things вместо названия, медицинских инструментов. Into the water left in the kettle he put several things… 2. Употребление слова way с усилителем quite для обозначения расстояния. Nick heard the oarlocks of the other boat quite a way ahead. 3. Употребление неопределенного местоимения -something для обозначения того, что Ник не знал и мог не видеть: … said his father and put something into the besin.

Вообще слова широкой семантики типа thing, stuff, way, get, fix, неопределенные местоимения и наречия всегда являются узуальными индикаторами точки зрения рефрактора, когда они используются автором для выражения ограниченности его знаний.

Теперь проанализируем следующий абзац:

1. Inside on a wooden bunk lay a young Indian woman. 2. She had been trying to have her baby for two days. 3. All the old women in the camp had been helping her. 4. The men had moved off up the road to sit in the dark and smoke out of range of the noise she made, 5. She screamed just as Nick and the two Indians followed his father and Uncle George into the shanty. 6. She lay in the lower bunk, very big under s quilt. 7. Her head was turned to one side. 8. In the upper bunk was her husband. 9. He had cut his foot very badly with an ax three days before. 10. He was smoking a pipe. 11. The room smelled very bad.

Изложение событий в отрывке дано в основном через восприятие Ника, но во 2,3,4,9 предложениях сообщаются факты, которых не знал мальчик. Значит, внутри абзаца два раза происходит смена ТЗ. И перфектные времена указывают не только на предшествование этих действий, событиям, с которых начинается рассказ, но и являются формальным признаками смены ТЗ, что является обычным явлением7 и очень характерно для Хемингуэя. Эти предложения экономно и органично вписаны в абзац, сообщающий о событиях, происходящих в момент восприятия их Ником. Об этом ясно свидетельствует первое предложение, где инверсия помогает достичь "сопереживания" читателя с героем, входящим в хижину. Порядок слов соответствует движению взгляда мальчика. Усилитель just, подчеркивающий значение временного союза as, и форма прошедшего длительного еще больше обостряют чувство момента действия. Несмотря на двукратное вступление автора, абзац един; сведения, необходимые для читателя, даны в типичной манере Хемингуэя, который часто начинал рассказы с "середины". Вероятно, индейцы, приехавшие за доктором, рассказали ему об этом, но эти события остались "за кадром". Недаром в начале рассказа употреблен определенный артикль: The two Indians stood waiting. Мало того, в первом же предложении есть местоимение another, которое явно предполагает наличие предшествующего контекста или ситуации. At the lake shore there was another rowboat drawn up. Так что первый абзац, состоящий из этих двух предложений, также написан с ТЗ автора, о чем говорят и эти формальные признаки (the, another), и содержание рассказа: если бы Ник знал об индейцах, приехавших к отцу, и об их разговоре, не последовал бы его вопрос — Where are we going, Dad?

Как видно из анализа, автор неоднократно вступает в повествование, но в большей части рассказа последовательно соблюдается принцип описания с ТЗ мальчика. Оптическая позиция автора здесь полностью совпадает со взглядом героя, движущегося в пространстве: увидел Ник - увидел автор, который следует за ним и изображает только то, что попадает в поле зрения мальчика. Некоторые случаи инверсии можно объяснить тем, что описание следует за его взглядом. Например: 1) In the upper bunk was her husband. 2) Across the bay they found the other boat beached. Иногда порядок слов соответствует движению от данного к новому: Into the water left in the kettle he put several things... В связи c тем, что позиции автора и рефрактора в пространстве совмещены, сведения о месте нахождения других персонажей даны относительно положения Ника. Появление всеведущего автора очень незаметно и ненарочито, он полностью отстраняется от оценки персонажей и их поступков, не навязывает читателю своего мнения. Экономность при выборе изобразительных средств, лаконичность письма и наличие подтекста характерны для Хемингуэя. Однако нельзя ставить знак равенства между языком одного из первых рассказов писателя и языком всей его ранней прозы. Естественно, что этот рассказ не мог воплотить в себе все характерные черты стиля Хемингуэя. Поэтому целый ряд особенностей языка авторского повествования можно рассматривать как средство воплощения авторского замысла в раскрытии образа мальчика. В этом нашло выражение единство композиционно-содержательной и языковой структур этого произведения.

Лексика рассказа обычные общеупотребительные слова, частично связанные с бытом индейцев, но нейтральные в стилистическом отношении. Существительные как правило однозначны, выражают понятия в самой общей форме. Это самые распространенные слова, употребленные в общеязыковом значении, обозначающие человека и окружающие его вещи предметы быта и обстановку, реже явления природы. Все существительные употреблены без дополнительных смысловых и экспрессивных оттенков. Немногочисленные прилагательные (их в 5 раз меньше, чем существительных 208:42) лишены эмоциональной выразительности, являются логическими определениями (long; young - 7, Indian - 5, old - 4, upper - 3, big - 2, low - 2, hot - 2, left и др.). Динамичность действия создают многочисленные глаголы движения, которые воспроизводят течение жизни и отражают действия, которыми насыщен рассказ. Таким образом, лексика авторского повествования предельно приближена к идиолекту мальчика. Длина и характер структуры предложений тоже могут служить доказательством отражения в языке ТЗ героя. Короткие предложения (до 10 слов) составляют 66%, а самые длинные (21-22 слова) всего 5%. Простые предложения (67%) значительно преобладают над сложными. Вообще если и есть в рассказе слова и фразы, не свойственные Нику, то они находятся не за пределами его способностей видеть, чувствовать, думать. Рассказ отличается разговорной легкостью и простотой, что создается не только за счет типично хемингуэевского диалога предельно сжатых разговоров стенограмм, но и благодаря общему строю рассказа - обилию коротких и простых предложений, использованию общеупотребительных, в большинстве своем одноморфемных слов, нейтральных стилистически. Экспрессивность и выразительность текста достигается не за счет использования образных средств, а с помощью их удивительной экономии, так как именно безобразная речь характерна для предметно-логического мышления мальчика. Так как авторское повествование отражает восприятие Рф, появление разговорных элементов в плане авторской речи вполне объяснимо. Вот почему рассказ по манере изложения приближается к устной речи. Помимо уже упомянутых черт, характеризующих весь лексический состав и синтаксическую организацию повествования, можно выделить еще несколько сигналов разговорности текста:

1. Лексические повторы внутри абзаца (многократное повторение существительного boat в первых абзацах рассказа), в соположенных предложениях (His father finished and stood up. Uncle George and the three Indian men stood up), внутри одного Предложения (...he went in and went to work).

2. Наличие предложений с симметрическим расположением элементов в соединении с лексическим повтором и повтором союза and: Nick and his father got in the stern of the boat and the Indians shoved it off and one of them got in to row.

3. Частое употребление союза and, который у Хемингуэя "...способствует адекватной передаче естественно разворачивающегося додумывания сообщения непосредственно в процессе речи..."8. She bit Uncle George on the arm and Uncle George said, "Damn squaw bitch!" and the young Indian...laughed at him.

4. Употребление сокращенной формы глагола, иначе проявление характерной для разговорной речи компрессии9 на фонетическом уровне: Nick didn't look at it. Многочисленные случаи употребления глаголов о пост-позитивами start off, stand up, walk on и др., использование слов широкой семантики, одноморфемных слов характерно для компрессии на лексическом уровне.

5. Употребление разговорных интенсификаторов all, quite, just. a) ... and they all walked on along the road. b) It all took a long time, c) Just then the woman cried out. d) It was just beginning to be daylight when they walked along the logging road…

6. Частые случаи инверсии. (Прим. см. выше).

Итак, методом сплошного лингвистического анализа текста с применением параметров-ориентиров и лингвостатистического подсчета в этой короткой насыщенной новелле, написанной чрезвычайно лаконичным языком, были обнаружены узуальные и окказиональные индикаторы ТЗ автора Рф. Композиционно заданная и имеющая большое значение в раскрытии содержания рассказа ТЗ мальчика нашла отражение на всех уровнях языка. На фонетическом уровне это явление компрессии; на морфологическом отсутствие артикля; на лексическом глаголы внутреннего состояния, лексика, называющая персонажей, слова широкой семантики, усилители, лексические сигналы разговорности текста. Кроме этих узуальных индикаторов, сюда относится и окказиональный индикатор ТЗ Ника сочетание for a long time. На синтаксическом уровне сигналами ТЗ героя явились многочисленные простые и короткие предложения, отсутствие сложных конструкций, частое употребление союза and, случаи инверсии. Сдержанность в использовании изобразительных средств говорит об отражении ТЗ Рф на уровне образных единиц. Что касается ТЗ автора, то во всех случаях появление его "голоса" в авторском повествовании зафиксировано в языке. Употребление глаголов чувствования и восприятия по отношению сразу к нескольким персонажам всегда говорит о присутствии всезнающего автора. Изменения в лексике, называющей персонажи, характер сравнения, специфическое начало рассказа - это все окказиональные индикаторы, так как они получили конкретное выражение только в пределах этого рассказа или типичны для Хемингуэя. Смена ТЗ внутри одного абзаца отмечена грамматически - сдвигом времен.

На основе результатов анализа видно, что лингвостилистическая интерпретация ТЗ помогает полнее осознать замысел писателя, воплощенный в композиции и языке произведения, даже если это предельно лаконичный язык Э. Хемингуэя.

Л.Н. Лихачева

Примечания

1 Selected Stories by E. Hemingway. Progress Publishers, Moscow, 1971.

2 Под точкой зрения здесь разумеется изображение художественными средствами литературного произведения мироощущения автора и героя. Это наиболее общее понятие термина ТЗ в литературе.

3 Указ. соч., стр. 338.

4 См. подробно в: W. Janson. The narrative Device of "Point of View" and its Application in K. Mansfield's Short Stories. Уч.зап.Латв.гос.унив., том 80, Рига, 1966.

5 Для анализа берется только собственно авторское повествование, так как ясно, что каждая реплика в диалоге выражает ТЗ персонажа, которому она принадлежит. В произведениях, написанных от 3 лица, без названного рассказчика, повествование ведется от лица автора; поэтому лексический состав и синтаксическая организация авторского повествования отражают его замысел и манеру письма. Диалог используется не для подробного анализа, а как материал для выявления в тексте авторского повествования сигналов "голоса" героя-Рф и как равноправная часть изложения, содержащая значительную часть информации.

6 Глаголы говорения, вводящие реплики персонажей, не включаются в подсчеты, как не имеющие значения для подобного анализа в данном рассказе, так как их всего два to sау и to ask и они нейтральны в стилистическом отношении.

7 См.: Е.И. Шендэльс. О стилистической грамматике. "ИЯВШ", вып. 2. М., 1966.

8 В.А. Кухаренко. Язык Хемингуэя. АДД. М., 1972, стр. 10.

9 И.В. Арнольд. Стилистика современного английского языка (Стилистика декодирования). Л., 1973, стр. 84 и след.



 






Реклама

 

При заимствовании материалов с сайта активная ссылка на источник обязательна.
© 2017 "Хемингуэй Эрнест Миллер"