Эрнест Хемингуэй
Эрнест Хемингуэй
 
Мой мохито в Бодегите, мой дайкири во Флоредите

Мигель Отеро Сильва - О Хемингуэе (из книги «Писатели Латинской Америки о литературе»)

Писатели Латинской Америки о литературе. Под ред. В. Кутейщиковой - М.: "Радуга", 1982.

— Не могли бы вы позволить нам заглянуть в вашу творческую лабораторию? Как вы работаете, скажем, над какой-либо из своих книг?

— В работе я никогда не разграничиваю четыре своих занятия, четыре профессии: журналиста, поэта, писателя-юмориста и романиста. Все остальное, что я делаю в жизни, несущественно и случайно, за исключением, разумеется, революционной борьбы. Занимаясь одним жанром, я не забываю об остальных. Могу работать и обычно работаю над романом главным образом как журналист: веду записи и начинаю опрашивать людей, живших в ту эпоху или в тех местах, где происходит действие романа. Я изучаю время и место, время и пространство, в котором будут разворачиваться события моего романа. И расспрашиваю людей об обычаях, о костюмах, блюдах, песнях, языке, о домашних животных. И исписываю свои тетради. Исписываю лишь документальными свидетельствами о том, какой была атмосфера того момента. Я расспрашиваю также о заметных личностях и событиях того времени. Даже если потом я не использую этот материал, он служит мне основой в работе.

Если у меня кто-то из персонажей заболел, тогда я беседую с врачом, осведомляюсь о болезнях и рассказываю ему, что с моими больными, какие у них симптомы и так далее. Если у меня в романе есть люди, ищущие нефть, я консультируюсь с геологами, чтобы узнать, из чего нефть состоит, как ведется разведка и тому подобное. Если я собираюсь писать о преступнике, я отправляюсь в тюрьму, прошу разрешения, вхожу и говорю с заключенным, совершившим преступление, подобное тому, которое совершается в моем романе; я расспрашиваю его о жизни, о его привычках, поведении. В этом смысле у меня возникли осложнения с последней книгой «Лопе де Агирре, Князь Свободы», потому что дело происходит в XVI веке и мне некого было расспросить. И все же я поехал в Страну басков, так как Агирре родился там в XVI веке, и изучал архивы, беседовал со старожилами, которые хотя и не жили, естественно, в XVI веке, но знают кое-что из рассказов своих дедов и отцов. Все это — чтобы непосредственно познакомиться с жизнью басков, чтобы иметь не только сведения из книг. Затем я поехал на Амазонку и прошел по этой реке, потому что мой персонаж в свое время пересек Амазонку. Наконец, я прочел более 200 книг, рассказывающих о похождениях этого сеньора Агирре. Так вот, когда я сел за книгу, у меня с собой уже был весь тот багаж, который мы, журналисты, везем для подготовки репортажа или иной журналистской работы. Дело в том, что я писатель, работающий на свидетельствах. Да, я свидетель того, что происходит, и именно об этом повествую, прибегая, разумеется, к литературной переработке или трансформации происшедшего. Но главным образом я писатель, основывающийся на свидетельствах, даже когда речь идет о персонажах, умерших 400 лет назад.

— Такой подход напоминает мне Эрнеста Хемингуэя, который тоже был журналистом и примерно так же работал над художественными произведениями. Кстати, какого мнения вы о его творчестве?

— Да, Хемингуэй тоже пользовался такими методами работы. Я испытываю перед ним восхищение... Хотя книги у него не равноценные. Это неровный писатель, у которого есть книги очень хорошие и не очень хорошие... Одна его книга мне особенно нравится — «Старик и море», это одна из последних, что он написал в Гаване. Небольшая книга, но она насыщена поэзией, силой, волнением и сделана очень документально о том, какими были гаванские рыбаки, какой была гаванская бухта, что водилось у кубинских берегов, как вели себя рыбаки...

В романе о гражданской войне в Испании «По ком звонит колокол» есть отличные главы, но в целом это не великая книга. Хемингуэй написал две книги об Испании: одна посвящена гражданской войне, другая — бою быков, она называется «Фиеста»; это, по-моему, слабая книга. Так что хороший Хемингуэй мне очень и очень нравится. Есть и другой Хемингуэй, который иногда становится чуточку мудреным и чуточку фальшивым. Но все же это писатель первостатейный... И он заслуженно получил Нобелевскую премию — ведь эта награда вызвала большие споры среди критиков в Латинской Америке. На мой взгляд, он действительно заслужил ее, он заслужил бы премию даже только за одну книгу — «Старик и море».

Мигель Отеро Сильва - Долг художника (из беседы с главным редактором журнала "Латинская Америка" С.А. Микояном)


 






Реклама

 

При заимствовании материалов с сайта активная ссылка на источник обязательна.
© 2017 "Хемингуэй Эрнест Миллер"