Эрнест Хемингуэй
Эрнест Хемингуэй
 
Мой мохито в Бодегите, мой дайкири во Флоредите

Райский сад. Глава девятнадцатая

Они загорали на твердом песчаном пляже в самой маленькой из бухт, куда ездили только вдвоем, и Марита сказала:

– Она не поедет в Швейцарию.

– В Мадрид ей тоже не нужно ехать. Испания не самое подходящее место для расставания.

– У меня такое чувство, точно мы женаты всю жизнь и у нас постоянно какие-то трудности. – Она откинула ему волосы со лба и поцеловала его. – Хочешь поплавать?

– Да. Давай прыгнем с высокого камня. С самого высокого.

– Ты прыгай, – сказала она. – Я поплыву, а ты прыгнешь через меня.

– Хорошо. Только не двигайся, когда я нырну.

– Посмотрим, как точно ты прыгаешь.

Глядя наверх, она видела, как он балансировал, стоя на высоком камне, потом коричневая фигура изогнулась на фоне голубого неба. Дэвид полетел к ней, и вода у нее за спиной поднялась фонтаном из глубины. Дэвид перевернулся в воде, вынырнул прямо перед нею и тряхнул головой.

– Я прыгнул слишком близко, – сказал он.

Они проплыли до входа в бухту и назад, вытерли друг друга насухо и оделись на берегу.

– Тебе правда понравилось, что я прыгнул так близко?

– Очень.

Он поцеловал ее. Кожа у нее была свежая и прохладная и пахла морем.

Кэтрин застала их в баре. Вид у нее был усталый, но держалась она спокойно и просто. За обедом она сказала:

– Я ездила в Ниццу, по дороге остановилась за Вильфранш посмотреть, как входит в порт крейсер, и немножко опоздала.

– Ты приехала почти вовремя, – сказала Марита.

– Но у меня было очень странное ощущение, – сказала Кэтрин. – Краски казались слишком яркими. Даже серые тона. Оливковые деревья просто сверкали на солнце.

– Так бывает при полуденном свете, – сказал Дэвид.

– Нет. Не думаю, – ответила она. – В этом было что-то неприятное. Зато, когда я остановилась посмотреть на корабль, было очень красиво. Правда, он показался мне маленьким и совсем не воинственным.

– Пожалуйста, возьми мясо, – сказал Дэвид. – Ты ведь почти ничего не ела.

– Прости, – сказала она. – Очень вкусно. Я люблю tournedos1.

– Хочешь что-нибудь вместо мяса?

– Нет. Я поем салат. Можно попросить бутылку «Перье-Жуэ»?

– Конечно.

– Мне всегда нравилось это вино, – сказала она. – Мы пили его, когда были счастливы.

Позже, в комнате, Кэтрин сказала:

– Ты только, пожалуйста, не волнуйся, Дэвид. Но за последнее время мне стало хуже.

– Как хуже? – спросил Дэвид. Он погладил ее по голове.

– Не знаю. Сегодня утром мне вдруг почудилось, что я состарилась и даже время года изменилось. Потом краски стали неестественными. Я расстроилась и подумала, что нужно позаботиться о тебе.

– Ты и так обо всех чудесно заботишься.

– Нет, я должна, но я так устала, да и времени не было. Но я понимаю, это будет унизительно для тебя, если деньги кончатся и тебе придется одалживать, а я из-за своей небрежности ничего не устроила и не оформила бумаги. И все из-за моей несобранности. И потом я очень боюсь за твою собаку.

– Мою собаку?

– Да, ту, что осталась в рассказе, в Африке. Я пошла в твою комнату посмотреть, не нужно ли тебе чего-нибудь, и прочла рассказ. Вы с Маритой говорили о чем-то в соседней комнате. Но я не слушала. Ты оставил ключи в шортах, когда переодевался.

– Я написал только половину рассказа.

– Прекрасный рассказ, – сказала она. – Но мне страшно. Слон ведет себя так странно, и твой отец тоже. Он мне и раньше не нравился, зато собака мне нравится больше всех, конечно, не считая тебя, Дэвид, и я так боюсь за нее.

– Отличная была собака. Зря ты за нее боишься.

– Можно, я прочту, что с ней случилось сегодня?

– Конечно. Если хочешь. Но сейчас она в шамба, и можно о ней не беспокоиться.

– Раз она в безопасности, я подожду читать. Кибо. Какое славное имя.

– В Африке есть такая гора. А другая ее часть называется Мавензи.

– Ты и Кибо. Я так вас люблю. Вы так похожи.

– Тебе получше, дьяволенок?

– Наверное, – сказала Кэтрин. – Я надеюсь. Но надолго ли? Сегодня утром за рулем мне было так хорошо, и вдруг я почувствовала себя старухой, такой дряхлой, что все стало безразлично.

– Ну какая ты старуха?

– Нет, старуха. Дряхлее одежды, оставшейся после моей матери, и я не переживу твою собаку. Даже в рассказе.


Примечания

1 Говяжье филе, нарезанное кусками (франц.)



 






Реклама

 

При заимствовании материалов с сайта активная ссылка на источник обязательна.
© 2016 "Хемингуэй Эрнест Миллер"