Эрнест Хемингуэй
Эрнест Хемингуэй
 
Мой мохито в Бодегите, мой дайкири во Флоредите

За рекой, в тени деревьев. Глава 43

На причале, перед длинным низким каменным зданием на самом берегу канала, были разложены убитые утки.

Они были разложены неровными кучками. «Тут всего несколько взводов, ни одной роты, а у меня едва ли наберется и отделение», – подумал полковник.

Старший егерь, в высоких сапогах, короткой куртке и сдвинутой на затылок старой фетровой шляпе, ждал их на берегу, и когда они подошли, скептически посмотрел на уток, лежавших в лодке.

– Возле нашей бочки вода совсем замерзла, – сказал полковник.

– Так я и думал, – сказал старший егерь. – Обидно. А ведь ваше место считается лучшим.

– Кто убил больше всех?

– Барон настрелял сорок две. Там течение, и воду затянуло не сразу. Вы, наверно, не слышали и выстрелов, потому что ветер дул в другую сторону.

– А где же остальные?

– Все разъехались, кроме барона, – он вас ждет. Ваш шофер спит в доме.

– Как и следовало ожидать, – сказал полковник.

– Разложи уток как положено, – сказал старший егерь лодочнику, который был и егерем тоже. – Мне надо записать их в охотничью книгу.

– В мешке у нас еще селезень, у него подбито крыло.

– Хорошо. Я за ним присмотрю.

– Я пойду повидаюсь с бароном. С вами я еще не прощаюсь.

– Вам надо хорошенько согреться, полковник, – сказал старший егерь. – Сегодня настоящий мороз. Полковник направился в дом.

– Мы еще увидимся, – сказал он лодочнику.

– Да, полковник, – ответил тот.

Барон Альварито стоял посреди комнаты, у камина. Он улыбнулся своей застенчивой улыбкой и сказал, как всегда, негромко:

– Обидно, что вам сегодня не удалось пострелять как следует.

– Нас совсем затянуло льдом. Но я все равно получил большое удовольствие.

– Вы очень замерзли?

– Не очень.

– Давайте чего-нибудь поедим.

– Спасибо. Я не голоден. А вы ели?

– Да. Остальные поехали по домам, и я отдал им свою машину. Вы довезете меня до Латизаны или куда-нибудь поблизости? Оттуда я уже доберусь.

– Конечно.

– Вот беда, что вода замерзла. Виды на охоту были прекрасные.

– За лагуной, наверно, тьма уток.

– Да. Но они там не останутся, раз у них вся пища подо льдом. Ночью двинутся на юг.

– Неужели все улетят?

– Все, кроме наших местных уток, которые тут вывелись. Те побудут здесь, пока вся вода не замерзнет.

– Обидно, что с охотой так получилось.

– Обидно, что вам пришлось столько ехать из-за нескольких уток.

– Я люблю всякую охоту, – сказал полковник. – И я люблю Венецию. Барон Альварито отвел глаза и протянул руки к огню.

– Да, – сказал он. – Все мы любим Венецию. А вы, может, больше всех.

Полковнику не хотелось вести светскую беседу на эту тему, и он только сказал:

– Вы-то знаете, как я ее люблю.

– Знаю, – ответил барон. Взгляд у него был рассеянный – Помолчав, он сказал: – Пора будить вашего шофера. – А он поел?

– Поел и поспал, а потом опять поел и опять поспал. И немножко почитал книжку с картинками, которую привез с собой.

– Комиксы, – сказал полковник.

– Надо бы мне научиться их читать, – сказал барон. Он улыбнулся застенчивой, затаенной улыбкой. – Вы бы не могли их мне достать в Триесте?

– Сколько хотите, – сказал полковник. – И похождения сверхчеловека, и уж совсем фантастические. Почитайте их вместо меня. Послушайте, Альварито, что с егерем, который был на моей лодке? Поначалу он просто видеть меня не мог.

– Это из-за вашего мундира. Военная форма союзников всегда на него так действует. Видите ли, его чересчур ретиво освобождали. – То есть как?

– Когда пришли марокканцы, они изнасиловали его жену и дочь.

– Мне, пожалуй, надо чего-нибудь выпить, – сказал полковник.

– Там, на столе, есть граппа.



 






Реклама

 

При заимствовании материалов с сайта активная ссылка на источник обязательна.
© 2016 "Хемингуэй Эрнест Миллер"