Эрнест Хемингуэй
Эрнест Хемингуэй
 
Мой мохито в Бодегите, мой дайкири во Флоредите

Грегорио Фунтес и Эрнест Хемингуэй

Норберто Фуэнтес. Хемингуэй на Кубе

Вдвоем в темноте ночи, скрывшей из вида Гавану, распив уже по полбутылки на брата, Грегорио и Папа, прислушиваясь к поскрипыванию аутригеров, повели разговор о смерти и дружбе. У себя в Кохимаре Грегорио с удовольствием пересказывает этот диалог всякому новому человеку, заглянувшему к нему.

Хемингуэй: Старина, ты знаешь, что такое друг?

Грегорио: Мы с вами — друзья.

Хемингуэй: Друг — это больше, чем отец, чем брат. За дружбой всегда стоит прошлое. Мы с тобой на борту "Пилар" провели вместе больше 20 лет. Откуда мы оба пришли? Это неважно. Однажды мы с тобой встретились — у тебя было свое прошлое, у меня — свое. Дружба это когда два прошлых складываются в одно.

Грегорио: Дружба — это прочная цепь.

Хемингуэй: Хорошее у нас судно, Григорине. С бензиновым двигателем. Таких сейчас уже не делают. А у нас — ни одного пожара за все время. Мы не раз ходили на нем в шторм и ловили с него рыбу в Гольфстриме. На нем мы охотились за немецкими акулами.

Грегорио: Я тут подумал было... Это зависит от того, кто из нас первым умрет. Если выпадет вам, то я позабочусь о "Пилар". Я поставлю ее на Финке Вихии и сделаю для нее стеклянный дом. Все подготовлю, как всегда: вашу удочку, стакан с ромом, книгу открытую положу, и немного чистой бумаги, и вашу ручку. Еще там будет ваша статуя.

Хемингуэй: Договорились. Это ты хорошо придумал.

И действительно, Папа ушел первым. Он оставил Грегорио "Пилар", оцененную позже в пол миллиона долларов. Но нет цены воплощенным в этом кораблике любви и памяти. "Это никакими деньгами не измеришь", — говорит Грегорио.

Однако простому рыбаку содержать такую яхту оказалось не под силу, и он решил передать ее в дар революционному правительству. Узнав об этом, Фидель Кастро распорядился предоставить Грегорио моторную лодку, на которой он мог бы выходить в море порыбачить. Ему вручили лодку "Hill-Noe" длиной в двадцать футов, с советским мотором в двадцать пять лошадиных сил. С "Пилар" он взял оба аутригера и керосинку. Много раньше он забрал к себе домой доску с надписью, маскировавшей "Пилар" во время войны под научное судно.

Фидель Кастро приехал как-то к Грегорио, чтобы выразить ему благодарность. Грегорио, сказал он при этом, все равно остается владельцем яхты и может взять ее обратно, когда захочет.

Сейчас, когда Грегорио отправляется ловить рыбу, он делает это на "Hill-Noe", на которой он поместил аутригеры и керосинку с "Пилар". У него есть специальное разрешение, позволяющее ему приобретать съестные припасы и рыболовную снасть за счет артели. Он может ловить рыбу, когда захочет и на условиях, им самим устанавливаемых. Он член кохимарской рыболовецкой артели, где все смотрят на него как на большого ребенка, пользующегося заслуженными привилегиями.

Грегорио еще раз увидел Мэри Уэлш через семнадцать лет после смерти Папы, во время приезда Мэри в Гавану в 1977 году. Встреча была непродолжительной, но сердечной. Грегорио принял ее у себя дома. Они обнялись. Мэри сказала ему: "Ты все такой же. Совсем не изменился". Грегорио улыбнулся и ответил традиционной формулой вежливости: "Мы здесь всегда к вашим услугам". Они не виделись с 1961 года, с того раза, когда Мэри приехала на Кубу несколько недель спустя после самоубийства Хемингуэя. Тогда разговор носил другой характер. Шкипер "Пилар" пришел на Финку Вихию вечером. Мэри собиралась огласить часть завещания Хемингуэя, относившуюся к его кубинским служащим. "Мы потеряли Папу, — сказала она Грегорио и добавила: — Ничего не поделаешь". В тот вечер Мэри предложила Грегорио затопить "Пилар" — "Она не должна попасть в чужие руки" — или, в качестве альтернативы, переправить ее в Ки-Уэст. Грегорио нахмурился и молча посмотрел на нее долгим взглядом.

"Хемингуэй на Кубе" - Норберто Фуэнтес


 






Реклама

 

При заимствовании материалов с сайта активная ссылка на источник обязательна.
© 2017 "Хемингуэй Эрнест Миллер"