Э. Хемингуэй
Эрнест Хемингуэй
 
Мой мохито в Бодегите, мой дайкири во Флоредите

Эрнест Хемингуэй Чикаго никогда не был таким мокрым, как теперь (читать онлайн)

«Торонто Стар Уикли», 2 июля 1921

Chicago Never Wetter Than Today - Чикаго никогда не был таким мокрым, как теперь

Эрнест Хемингуэй

ЧИКАГО. Некоторое время после установления сухого закона добывание спиртного в Чикаго было овеяно романтическим ореолом. Хитроумный искатель контрабанды был посвящен в тайну кабалистических знаков, которыми он объяснялся с проницательным барменом. Культ поднятого пальца и подергивания уха процветал. «Быть своим» наполняло людей своеобразной гордостью.

Но это уже стало историей.

Теперь, если вы захотели выпить в Чикаго, вы идете в бар и пьете. «Свой» вы или «не свой» не имеет никакого значения, лишь бы в кармане нашлось семьдесят пять центов. Можно сказать наверняка, что в Чикаго, где бы вы ни оказались, не дальше, чем через три квартала всегда найдется бар, где открыто, за стойкой, торгуют виски или джином.

Приезжие из других штатов удивлены и поражены. Все кажется невероятным. Однако происходящее объясняется очень просто.

Городская полиция Чикаго не принимает никакого участия в проведении в жизнь восемнадцатой поправки. Чикаго всегда голосовал за «мокрый» закон, и чикагская полиция с ее неподражаемой тупостью американского «быка» продолжает считать Чикаго «мокрым» городом.

Есть в Чикаго восемь федеральных чиновников, присланных проводить в жизнь восемнадцатую поправку. Четверо из них занято канцелярской работой, другие охраняют склад. И поэтому все в городе осталось по-прежнему, исключая цены на спиртное, которые несколько повысились после введения сухого закона.

В Чикаго есть и пиво. Сент-Луис был самой большой пивоварней Штатов. Когда начал действовать сухой закон, сент-луисские пивовары решили, что пришел конец их пивоваренному бизнесу, и быстро превратили свои большие заводы в фабрики безалкогольных напитков. Чикагские пивовары прочли предписание на стенах своих заведений и сначала даже глазам своим не поверили. Они прикрыли заводы на некоторое время, а потом продолжали делать пиво - настоящее пиво - с еще большим процентом алкоголя, чем разрешалось до опубликования восемнадцатой поправки.

Теперь мы наблюдаем любопытное зрелище - борьбу сент-луисских пивоваров за установление сухого закона. А все потому, что настоящее пиво поступает в таком огромном количестве из чикагских пивоварен, пущенных на полный ход, что убивает потребность в производстве местного продукта.

Когда пивовары возобновили производство своего напитка в таком же масштабе, что и до сухого закона, пиво можно было достать в городе, но стоило оно пятьдесят центов кружка. Впоследствии некоторые бары и рестораны начали сбивать цены, и теперь по всему городу пиво продается по цене тридцать центов штейн, или пятнадцать центов стакан, или пятьдесят долларов бочка.

На днях в «Петле» я видел трех конных полицейских. Они сидели за столиком перед высокими кружками пива. Их лошади были привязаны у входа в ресторан. К нам подошел старший официант и, извинившись, попросил у нас разрешения на минутку отодвинуть столик. Мы встали, столик был быстро сдвинут в сторону, и перед нами открылся люк. Оттуда четыре белоснежных официанта выкатили двенадцать бочек пива. Когда они катили их мимо столика полицейских, все трое с любовью посмотрели на пузатые коричневые бочонки.

- Это настоящий добрый старый напиток, - сказал один из них со знанием дела, - настоящее доброе старое пивцо.

Так полиция проводит в жизнь сухой закон.

Конечно, процветает вымогательство. Хозяин пивной или ресторана, открыто торгующих спиртным, должен платить известную мзду полиции, что вызывает постоянный рост цен. В борьбе с этим злостным бичом появляются новые питейные заведения, которые не платят полиции по высокому тарифу. Так называемый спортивный клуб - типичное заведение подобного рода. Цель его - вырвать у полиции ее еженедельную взятку. Говорят, что новый бизнес процветает.

Миновав часового в жокейской шапочке с красным лицом и быстро бегающими глазками, который небрежно поигрывает электрическим звонком у входа, вы взбираетесь по лестнице на третий этаж и оказываетесь в помещении клуба. Вход туда прегражден цепочкой и открывается только по предъявлению синей карточки, где указаны ваше имя, номер и название клуба. После тщательного изучения карточки вас пропускают в клуб.

Обстановка «Клуба Новата» незатейлива, всего несколько столиков и стульев. Как только вы усаживаетесь за столик, появляется негр-официант с наполненными стаканами. Цена одного стакана - только пятьдесят центов, и виски здесь несколько старше, чем то, что продается в соседних барах.

- Фред, - говорите вы официанту, - эти джентльмены хотят стать членами клуба.

- Да, сэр? - Фред держится с достоинством. - Если они будут так любезны и напишут свои имена на клочке бумаги, для меня большая честь вручить им членские карточки.

Через некоторое время приносят карточки, и число членов «Клуба Новата» увеличивается.

Не было еще такого случая, чтобы кого-нибудь забаллотировали в «Клуб Новата». Число его членов уже перевалило за тысячу, и он по праву претендует на первенство среди самых больших клубов Чикаго.

Маклеры, биржевики и торговцы ценными бумагами с улицы Ла Сталь являются его постоянной и верной клиентурой.

Такое положение недолго будет оставаться без изменений. Правительство пришлет еще несколько агентов проводить в жизнь сухой закон, возможно, администрация перестанет быть либеральной, но в настоящее время любой приезжий чувствует себя как дома и любой напиток можно достать в городе Чикаго.

Эрнест Хемингуэй. Чикаго никогда не был таким мокрым, как теперь. 1921 г.



 






Реклама

 

При заимствовании материалов с сайта активная ссылка на источник обязательна.
© 2016 "Хемингуэй Эрнест Миллер"