Эрнест Хемингуэй
Эрнест Хемингуэй
 
Мой мохито в Бодегите, мой дайкири во Флоредите

Альва Бесси - "Люди в бою" (О Хемингуэе)

В Тортосе полным-полно военных, мы едем по городу, по улицам, загроможденным обломками, следами последнего налета, забираем на запад, вглубь от моря, поднимаемся по крутым дорогам.

...Фашисты рвутся к морю, к Тортосе, сейчас они километрах в шестнадцати от города. Нам говорят, что дорога простреливается, но нам надо ехать вперед, и мы едем. Снаряды ложатся далеко от нас. Местность такая гористая, что кажется, поставь здесь пяток пулеметчиков — и они остановят миллионную армию. Мы снова, объезжаем все проулки, перекрестки, захолустные городишки и лишь около Раскеры находим трех наших: Джорджа Уотта, Джона Гейтса (он сейчас помощник бригадного комиссара) и Джо Хекта. Они лежат на земле, завернувшись в одеяла, под одеялами на них ничего нет. Они говорят, что на рассвете переплыли Эбро, что с ними плыло много товарищей, но остальные утонули, что они ничего не знают ни о Мэрримане, ни о Доране, но думают, что те попали в плен. Они были под Гандесой, их отрезали от своих, они с боями прорывались оттуда, шли по ночам под артобстрелом. Видно, что им не хочется говорить, и мы молча садимся рядом с ними. У Джо вид совершенно потерянный.

Ниже по холму расположились сотни бойцов из английского и канадского батальона, грузовик привез еду, их кормят. Открытый "матфорд" новой модели огибает холм, останавливается возле нас, из него выходят двое — мы их сразу узнаем. Один — рослый, худой, в коричневом вельветовом костюме и роговых очках, его вытянутое аскетическое лицо с суровым ртом угрюмо. Другой еще выше первого, крупный, с усами щеточкой, краснолицый, на нем очки в металлической оправе, такого великана нечасто встретишь. Это Герберт Мэттьюз из "Нью-Йорк таймc" и Эрнест Хемингуэй. Они рады нам, мы — им. Мы представляемся, они засыпают нас вопросами. У них есть сигареты, они щедро раздают "Лаки страйк" и "Честерфилд". У Мэттьюза вид недовольный, похоже, что это его постоянное состояние. Хемингуэй по-детски жаден до впечатлений, и я не без улыбки вспоминаю, как увидел его на Конгрессе писателей в Нью-Йорке. Он тогда впервые произносил речь, запутался и, разозлившись, с бешеным напором стал повторять скомканные поначалу фразы. У него вид большого ребенка, он сразу располагает к себе. И вопросами сыплет совсем как ребенок: "Ну а потом? А потом что было? А вы что? А он что сказал? А что потом? А вы потом что?" Мэттьюз ничего не говорит, он что-то записывает на сложенном листке бумаги.

— Как вас зовут? — спрашивает меня Хемингуэй, я называюсь. — Вот вы кто, — говорит он. — Рад вас видеть, я вас читал.

Я чувствую, что он и впрямь рад меня видеть, мне это приятно. Я жалею, что так громил его в своих статьях, надеюсь, что он успел их забыть, а может, и вовсе не читал.

...На Хемингуэя наши рассказы, похоже, не производят особого впечатления, а вот Мэттьюз совсем пал духом. Хемингуэй говорит: фашисты прорвутся к морю — это так, но беспокоиться нечего. Все предусмотрено, приняты меры, разработаны способы, как поддерживать связь между Каталонией и остальной Испанией — по морю, по воздуху — словом, все будет в порядке. Рузвельт, говорит он, обратился с неофициальным предложением — во всяком случае, так ему передали — отправить двести самолетов во Францию, при условии если Франция переправит двести самолетов в Испанию. Это лучшее из всего, что мы слышали о Рузвельте, но только где они, эта самолеты? Война вступает в новую фазу, говорит Хемингуэй, правительство будет с удвоенной энергией бороться с фашистами, испанцы и каталонцы дерутся как звери, политические организации и профсоюзы набирают добровольцев в армию, испанцы полны решимости остановить Франко, не допустить его к морю, испанцы рвутся в контрнаступление. Франция ответила отказом на новое обращение Негрина о помощи, в середине марта Барселону за сорок восемь часов бомбили восемнадцать раз, тысяча триста человек было убито, две тысячи ранено. Фашисты — идиоты, фашисты крупно просчитаются, если они думают, что это им сойдет с рук. Чем больше женщин, детей и стариков они убьют, тем сильнее будет ярость демократически настроенных людей во всем мире.

Альва Бесси - Из книги "Люди в бою"



 






Реклама

 

При заимствовании материалов с сайта активная ссылка на источник обязательна.
© 2016 "Хемингуэй Эрнест Миллер"